«Идиотия» как стратегия современного искусства

Данный номер «Художественного журнала» создан в диалоге с кураторами выставки «Безумный двойник» (А. Ерофеевым, Ж.-И. Жуаннэ и Д. Константинидисом). В основу выставки и номера журнала положена гипотеза — новейшее искусство осваивает тип сознания, который в медицине получил диагноз «идиотия».

В самом деле, если признать, что начиная с эпохи Просвещения господствующим становится рационалистический тип сознания, то столь же справедливой будет и констатация, что одновременно неотъемлемым компонентом современной культуры становятся и различные формы ухода от рациональности — такие, как эзотерика, мистика, оккультизм. В этом же ряду оказывается и намеренно практикуемая идиотия: ведь она также противоречит рационалистической вере в умопостигаемость и объяснимость сущего (Ж.-И. Жуаннэ. «Идиотичность как эзотеризм конца века»). А потому, как это ни парадоксально, в своей обращенности к непостижимому и к небытию идиотия узнает себя в мудрости (Ж.-И. Жуаннэ) и в смерти (Д. Голынко-Вольфсон. «Идиотизация смерти в современном искусстве»).

Если же обратиться к сфере искусства, то уже с конца прошлого века и совершенно отчетливо на протяжении нашего столетия мы сталкиваемся со стремлением художников к ненормативному поведению — к эксцентризму, к девиантности, к дементности. Это очевидно было уже в дэндизме, а затем у дадистов, у обэриутов, а в московском андеграунде «по крайней мере с 1970-х годов слово «абсурдный» стало восприниматься... как одна из наивысших похвал — самой реальности или, если повезет, их работе» (Е. Деготь. «Логика абсурда: от тупости к идиотии»). В свою очередь «...у нового поколения середины 1990-х годов появилось свое специфическое пристрастие — орущий городской сумасшедший» (Е. Кикодзе. «Идиот против шизофреника»).

Однако в чем специфика именно идиотии, в чем ее отличие от других форм абсурдной логики? Например, от столь популярной в 80-е годы «тупости» или от столь популярной в 70-е годы «шизоидности»? «В слове «тупой» акцентирован интеллектуальный момент... в слове «идиот» — момент поведенческий; «тупость» есть критика Логоса за его одномерность, но только «идиотия» радикально ставит Логос под вопрос; «тупость» дискоммуникативна, «идиотия», напротив, есть утопическая (обреченная на неудачу) попытка непосредственной коммуникации» (Е. Деготь). В свою очередь, если шизоидность (вспомним «шизоанализ» Делеза и Гваттари!) виделась формой деструкции идеологизированной рациональности, то идиотичность — симптом распада идеологического порядка. Идиотия становится актуальной тогда, когда вместе с идеологией ичерпывает себя и ее критика, а потому идиотия суть стратегия на «критику критики» (Е. Деготь). Как свидетельствуют радикалы, «если и существует сегодня критическая интенция... то она выражена, как это ни странно, скорее, беспринципным конформизмом» (А. Осмоловский. «Искусство простое, как мычание»).

В своих конкретных проявлениях артистическая идиотия «поистине многолика» (В. Мазин, О. Туркина). Так, Владислав Мамышев разыгрывает роль «квазитрикстера», «того, кто срывает и надевает маски, кто говорит «правду» о других и себе», Евгений Юфит проявляет себя в «некропрактике», Олег Котельников и Андрей Медведев — в навязчивом повторении одинаковых жестов (В. Мазин, О. Туркина), Маурицио Каттелан — в синдроме постоянного бегства от репрезентации (Д. Перро. «Маурицио Каттелан...»), В. Дубосарский и А Виноградов — в програмном сервилизме перед заказчиком (А. Осмоловский).

Однако неоднозначна и реальная функция «идиотической» стратегии в искусстве. С одной стороны, продолжая традицию преодоления рациональности и социальной нормативности, она сохраняет за искусством его освободительную и вольнодумную миссию. Художник-идиот постоянно провоцирует общественные нормативы, балансируя моментами на грани законности. При этом спастись ему позволяет циничная апелляция к высокому авторитету искусства и к ценностям творческой свободы. А потому, с другой стороны, провокация «идиотической стратегии» направлена и против самого института современного искусства: она выявляет, что никакой миссии у искусства сегодня нет, что все оно свелось к «сговору специалистов». «...A это — уж полный идиотизм и вредительство самим себе. Идиот рубит сук, на котором сидит, и сжигает мосты — но не с помощью тротила, а галогенными экспозиционными светильниками» (Е. Кикодзе).