Выпуск: №9 1996

Публикации
УжасИлья Кабаков
Выставки
The LabrisВладислав Софронов

Рубрика: Персоналии

Персоналии. Секта абсолютной любви

ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ЖУРНАЛ: Могли бы вы в качестве вступления дать исходную информацию о «Секте абсолютной любви»?

СЕКТА АБСОЛЮТНОЙ ЛЮБВИ: Для информации. Секта образовалась 8 марта 1995 года. Однако этому предшествовал длительный период независимого развития каждого из ее членов, неожиданным образом приведший всех нас к аналогичным результатам. Все мы с какого-то момента погрузились в некие «религиозные искания», а в результате и «объединились по интересам». Если говорить о нашей программе, то важно пояснить, что наше обращение к абсолютной любви исходит из нашей установки на преодоление того, что может быть названо «постмодернистской хищностью». В нашей работе мы исходим из некой точки, которая есть бесконечность, и стремимся к апроприации того, что также есть бесконечность.

«ХЖ»: На что же направлена любовь, если она «абсолютная»?

С.А.Л.: Раз она абсолютная, то и направлена она на все. На Бога и на дьявола. Мы любим и человека, и животное, и вещь, а также мы любим и текст, и слово, но любим мы и их отрицание. Мы готовы возлюбить и смерть, а потому много работаем с моргами, кладбищами и т.п., а также и боль, а потому практикуем самопорезание, самоувечье и т.п. Иначе говоря, мы практикуем все формы любви, какие только существуют.

«ХЖ»: Хорошо, с любовью понятно, но почему вы секта, а не просто группа?

С.А.Л.: Объясняем. Мы не художники, а духовные лица. Наша работа предопределена не программой, а вероучением. Основой же нашего вероучения является представление о том, что Бог — это дилетант. Ведь, занимаясь творением мира, а точнее, актом первотворения, он, естественно, не располагал никаким профессиональным опытом. В момент первотворения его материалом и его субстанцией были виртуальные частицы. А что такое виртуальная частица? Это частица, существование которой еще почти не состоялось, она существует -0000 и т.д. времени. Т.е. ее почти нет. И если из таких частиц состоит Бог, следовательно, его и не существует. Исходя из этого, мы и моделируем наше поведение: оно абсурдно, нелогично, иррационально и т.п. Ведь традиционно божественное моделировалось человеком по чисто логическим принципам и его взаимоотношения с сакральным были прагматически-рациональные. Человек всегда от Бога чего-то хотел. По нашей версии, никакой связи между Богом и верующим быть не может. Ведь обрести Бога можно, только если ты становишься частью его логической машины, а если его логика предполагает самоотрицание, то и человек, будучи его образом и подобием, должен начать действовать нелогично.

«ХЖ»: А как структурируется секта?

С.А.Л.: Секта действует на экзотерическом уровне — это так называемые «друзья секты», т.е манипулянты в наших руках, а также на эзотерическом — т.е. сама секта. Участников секты, собственно, шесть: Дима Пименов, Олег Мавромати, Император Вава, Фарид Богдалов, Таня Никитина, Миша Никитин.

«ХЖ»: Однако секта подразумевает сектантство. Зачем вы настаиваете на закрытости?

С.А.Л.: Ни одна секта никогда не называла себя сектой. Это важно. Это значит, что мы, с одной стороны, закрыты, а с другой — не совсем. Даже наши связи между собой крайне размыты, мы-то и видимся крайне редко. Много, правда, говорим по телефону.

«ХЖ»: Есть ли у вашей секты корпус святых текстов?

С.А.Л.: Есть. Один из них мы написали для «Художественного журнала». Предполагаем вскорости издавать и собственный журнал. Впрочем, в одном из наших текстов сказано, что текст только лишь трамплин: мы парим над ним.

«ХЖ»: Каковы же догматы, символы вашей веры?

С.А.Л.: Это зеркало, НЛО, кровь. Зеркало достаточно понятно. А что такое для нас НЛО?

Неопознанное — это связь с Богом. Раз Бог неопознаваем, то в НЛО мы усматриваем его агента. Кровь же — это воплощение истинного и носитель информации. Мы часто занимаемся самопорезами, вырезаем на теле какие-то символы или знаки: таким образом мы расстаемся с количеством информации.

«ХЖ»: Можете ли вы привести примеры вашей работы?

С.А.Л.: Для начала важно оговорить, что, действуя в полном соответствии с нашей догматикой, мы стараемся придать некоторую непредсказуемость и нашей работе: она носит характер незавершенности, недоделанности и т.п. Если говорить о примерах, то в «ТВ-галерее» мы осуществили выставку «Пора вставать». Экспозиция представляла собой мониторы с проекциями различных предметов, производящих эффект, способный разбудить спящего: звенящий будильник, стреляющий пистолет и т. п. Принципиально, что предметы эти зависали над кладбищенскими могилами. При этом за и под мониторами были установлены зеркала, создававшие эффект двойной перевернутости и видеоизображения, и зрителя. Важно иметь в виду, что отражение давало правильную проекцию предмета, так как на мониторе он воспроизводился в перевернутом виде, в то время как зритель видел в зеркале отражение своего тела, только вместо головы фигурировал монитор.

«ХЖ»: А в чем же было «non finito», недоделанность этой работы?

С.А.Л.: Один из нас должен был повеситься. В зале. Выставочном. По-настоящему повеситься. Уже веревку приготовили. Но галеристка очень испугалась. В принципе мы на это и рассчитывали.

 

Материал подготовил ВИКТОР МИЗИАНО

Поделиться

Статьи из других выпусков

Продолжить чтение