Выпуск: №110 2019

Рубрика: Выставки

Повторять критически

Повторять критически

Анна Щербина и Валентина Петрова «Посестры», 2019. Кадр из серии для выставки «Вооруженные и опасные»

Дарья Гетманова. Родилась в 1998 году в Мариуполе. Критик. Занимается перформативной медиацией. Живет в Калининграде.

31.01–17.03.2019
«Вооруженные и опасные»
Платформа культурных инициатив «Изоляция», Киев

Закрытие выставки «Украинское тело» в 2012 году[1] стало началом в Украине процесса так называемых «превентивных закрытий» — музеи полагают допустимым отказаться выставлять работу художника из «соображений безопасности»[2], а художественные пространства при университетах закрывают выставку через день после ее открытия из-за угроз со стороны ультраправых движений[3]. Описывая ситуацию с закрытием выставки «Украинское тело» ректором НаУКМА, основатель Центра визуальной культуры Василий Черепанин пишет: «Ситуация с этой выставкой показала, что взгляды неофашистской партии “Свобода” разделяют и руководители НаУКМА, в которой на уровне власти существует не просто правый, а ультраправый консенсус. И не случайно он насильственно проявляется прежде всего в отношении телесности: реакция администрации была именно на “тело” — и именно на то, что это “тело” — “украинское”. Сферу телесности сложно отнести только к общеидеологическому спору и находиться по отношению к ней на исключительно дискурсивной дистанции — это что-то очень близкое, что-то, определяющее наши представления о том, кто мы есть — это буквально телесный вопрос. В то же время, это идеологический вопрос, очень идеологический: физиология здесь — это идеология»[4].

Семь лет спустя украинские тела по-прежнему находятся в центре идеологической войны, только на месте университетской администрации возникли новые агенты: представители не только радикально-националистической партии «Свобода», но и других квазивоенных и правых движений. Инициатор проекта-платформы «Вооруженные и опасные» Мыкола Ридный в сокураторстве с Катериной Филюк подготовили выставку в фонде «Изоляция», в которую вошли видеозаписи, как снятые самими художниками, так и найденные, представленные в формате сериала. Описание сообщает, что рефлексия «направлена на отражение хрупкого положения украинского общества, переживающего внешнее военное вмешательство на востоке и активность ультраправых движений внутри страны»[5]. Несмотря на то, что сериальная форма предполагает определенный порядок просмотра, представленные на выставке эпизоды можно смотреть в любой последовательности. Сериальная структура проекта поддерживается и за счет того, что главные герои,— как вымышленные, так и реально существующие, переходят из эпизода в эпизод, образуя актерский состав. Более того, инцидент, произошедший во время работы выставки — лекция социолога Анны Гриценко, посвященная участию молодежи в крайних правых движениях, была сорвана самими участниками этих движений[6] — можно воспринять не только как еще один «эпизод насилия» представляемого сериала, но и как его продолжение[7].

some text
Оксана Казьмина «Необыкновенная Сквирт», 2019. Кадр из серии для выставки «Вооруженные и опасные»

 

Институционализация милитаризма

Описывая процесс милитаризации, Синтия Энло определяет его как «процесс, в течение которого человек или объект постепенно начинают контролироваться военными или их существование зависит от милитаристских идей»[8]. Для исследования этих изменений Энло предлагает концепт феминистской любознательности. Феминистская любознательность — это «своего рода любо пытство, которое побуждает обращать внимание на вещи, которые традиционно считаются “естественными”»[9]. Такая оптика, по мнению Энло, может быть продуктивной, когда мы  говорим о таких категориях граждан как «”жены военных”, “дети-солдаты”, “директора фабрик”, “работники потогонных цехов”, “сотрудники гуманитарных организаций”, “жертвы изнасилований”, “мирные активисты”, “боевики”, “оккупационные власти”»[10]. Мы должны понимать, что каждое из этих определений «ослабляет наше любопытство по поводу того, где находятся женщины и где мужчины, кто их туда помещает и кому выгодно, чтобы женщины были там, а не где-то еще, что сами женщины думают о своей вовлеченности и что они делают с этими мыслями, когда пытаются соотнести себя с мужчинами и другими женщинами»[11]. В видео «Необыкновенная Сквирт» Оксана Казьмина деконструирует образ участников движения «Национальные дружины» через своего протагониста — Необыкновенную Сквирт, обладающую суперспособностью квировать «дружинников» в персонажей «My Little Pony». Превращенные в пони, члены «Национальных дружин» лишаются «милитаризированной маскулинности», которая может быть утверждена, как пишет Энло, «только если они выступают в качестве солдат: либо в государственных вооруженных силах, либо в повстанческих автономных или квазиавтономных образованиях»[12]. Размытие гендерной бинарности — воплощенный фантазм ультраправых, поскольку, помимо антифеминисткой повестки, борьба с навязыванием «гендерной идеологии»[13] — один из основных мотивов в пропаганде правых движений.

Вспоминая протестующих против собраний «Гендерного клуба», организовавшая его Валерия Зубатенко говорит: «Они требовали убрать слово “гендер” из названия клуба, а когда я спросила, что же это за понятие, ответа не последовало»[14]. Здесь нужно добавить, что осенью 2017 года Стамбульская конвенция так и не была ратифицирована в Украине во многом из-за того, что в описании конвенции содержится слово «гендер». В этом случае ответ народного депутата от Радикальной партии можно считать симптоматичным: «Моя фракция всегда была против насилия в отношении женщин, мужчин и даже сексуальных меньшинств, но мы категорически против введения в украинское законодательство терминологии, не присущей нашему традиционному украинскому обществу»[15]. Консервативное движение «Катехон», в которое входит и женское антифеминистское объединение «Сестринство святой Ольги», является одним из главных инициаторов «антигендерных» протестов в Украине. В одном из последних эпизодов сериала художницы Анна Щербина и Валентина Петрова представляют себя частью объединения «Сестринства св. Марии Египетской», которое, очевидно, является пародией на «Сестринство св. Ольги». Художницы предлагают пофантазировать, как выглядело бы «Сестринство св. Ольги», если бы его дискурсивная повестка была радикально перевернута: речь антифеминисток на найденных в интернете видео заменена на отрывки из «Тестостеронового наркомана» Пола Б. Пресьядо, а сами художницы пародируют собрания оригинального «Сестринства».

Сашко Протяг тоже использует пародийную стратегию в своем эпизоде, примеряя на себя образ военнослужащего батальона «Азов». Служащие батальона, дислоцированного в Мариуполе с 2014 года, являются заметной частью города, поскольку помимо военной службы активно взаимодействуют с местными жителями через гражданский корпус «Азов», мобилизирующий правые и неонацистские молодежные объединения. Протяг и его друзья, исполняющие роли «азовцев», произносят фразы, в которых кристаллизуются политические и идеологические взгляды людей, объединенных вокруг «Азова». Однако воспроизведенные в нелепой манере, они теряют свой идеологический пафос, становясь смешными и даже абсурдными. Определяя пародию как «повторение с критической дистанции»[16], Линда Хатчеон добавляет, что она также может быть «разрушительной и дестабилизирующей»[17]. Дестабилизирующая сила пародии может заключаться в ее способности «вызвать осознанное критическое дистанциирование от Другого»[18]. Несмотря на то, что некоторые элементы пародии успешно кооптируются аффилированными с правыми движениями и партиями медиа, в ней до сих пор есть критический потенциал, недоступный для инструментализации.

Для того, чтобы обдумать наши действия в ситуации постепенной институционализации милитаризма и нормализации насилия со стороны консервативных и правых движений, нам стоит всерьез обратиться к концепту феминистской любознательности Энло, которая предлагает «вооружиться аналитическими навыками для того, чтобы отслеживать трансформацию предположений, переоценку приоритетов, эволюцию ценностей»[19]. Именно феминистское любопытство может помочь в попытках не только найти правильный язык для описания продолжающегося вооруженного конфликта на востоке Украины, но и понять, как может быть выстроен процесс демилитаризации, в котором квирирование и пародия могут быть взаимодополняющими техниками.

Примечания

  1. ^ Выставка «Украинское тело» в Центре визуальной культуры, базировавшемся в то время при Национальном университете «Киево-Могилянская Академия», была закрыта ректором университета Сергеем Квитом через три дня после ее открытия в феврале 2012 года. См. «Українське тіло», каталог выставки, 2012. C. 5.
  2. ^ Речь идет о работе Давида Чичкана, которая должна была экспонироваться в Музее-квартире П. Г. Тичини в рамках выставки «Праздник отменяется!» в октябре 2017 года. Кадан Н., Бадянова К., Белорусец Е., Хоменко Л., Наконечная Л. et al. Куратори Худради та колектив музею П. Тичини про зняття з виставки роботи Давида Чичкана // prostory.net.ua, 1 листопада 2017.
  3. ^ Администрация Национального педагогического университета им. М. П. Драгоманова закрыла выставку «Воспитательные акты», проходившую в университетском пространстве SKLO из-за угроз со стороны участников праворадикальных движений через день после ее открытия в апреле 2018. Єресько А., Зашков Е. Виставку «Виховні акти» почали демонтувати без відома кураторів // Громадьске, 17 квітня 2018.
  4. ^ Здесь и дальше мой перевод. Каталог «Українське тіло», 2012. C. 81.
  5. ^ Выставка-сериал «Вооруженные и опасные», страница на сайте фонда Изоляция, доступно по https://izolyatsia.org/ru/project/armed_dangerous.
  6. ^ «Срыв лекции о праворадикальных движениях», 17 февраля 2019, пресс-релиз на сайте фонда Изоляция, доступно по https://izolyatsia.org/ru/project/armed_dangerous/armed_dangerous-disrupt/.
  7. ^ Следует добавить, что через два месяца после срыва лекции, 16 апреля, консервативное движение «Катехон» совместно с «Институтом защиты прав общества» и «Сестринством св. Ольги» организовали дискуссию-ответ о «проблеме распространения левых движений в Украине», безопасность которой обеспечивали как представители «Азова», так и других ультраправых объединений.
  8. ^ Enloe C. Maneuvers: the International Politics of Militarizing Women’s Lives. Berkeley: University of California Press, 2000. P. 3.
  9. ^ Enloe C. The Curious Feminist: Searching for Women in a New Age of Empire. Berkeley: University of California Press, 2004. P. 220.
  10. ^ Enloe C. The Curious Feminist. P. 4.
  11. ^ Enloe C. The Curious Feminist. P. 4. 
  12. ^ Enloe C. The Curious Feminist. P. 108.
  13. ^ Гендерная идеология — термин, используемый представителями консервативных и правых движений по всему миру для того, чтобы выразить свое несогласие с феминистскими идеями, а также концептами гендерной и квир теории.
  14. ^ Мамай А. «Вас тут не буде, ми вас усіх закриваєм!» // prostory.net.ua, 7 липня 2018.
  15. ^ Широкова В. Дев’ять запитань про домашнє насильство і Стамбульську конвенцію в Україні // Повага, 23 жовтня 2017.
  16. ^ Hutcheon L. A Theory of Parody: The Teachings of Twentieth-century Art Forms. Urbana: University of Illinois Press, 1986. P. 6.
  17. ^ Hutcheon L. A Theory of Parody. P. 101.
  18. ^ Hutcheon L. A Theory of Parody. P. 78.
  19. ^ Enloe C. The Curious Feminist. P. 220.
Поделиться

Статьи из других выпусков

№51-52 2003

Я приехал туда в 1975 году... (Заметки о структурализме 1960-х годов)

Продолжить чтение