Выпуск: №106 2018

Рубрика: Текст художника

Будущее в настоящем: критическое и спекулятивное прототипирование как искусство

Будущее в настоящем: критическое и спекулятивное прототипирование как искусство

Антон Бунденко «Говорящие колонки», 2018. Две умные говорящие колонки Google Home. Каждая из них зарегистрирована на отдельный аккаунт и работает независимо друг от друга. На каждой из них стоит чатбот-психолог Eliza, который, как и хороший психолог, только задает вопросы. Таким образом, они могут бесконечно препираться, задавая друг другу вопросы, не давая на них ответа

Антон Бунденко. Родился в 1989 году в Абакане. Художник. С 2016 работает над проектом Futureisnown о прототипировании в цифровую эпоху для вклада в общественный дискурс и критическое мышление. Живет в Москве.

Мы есть данные

В постоянном и уже привычном для нас подключении к глобализационным и информационно-техническим процессам мы не можем представить жизни без связи, интернета и, все чаще, социальных сетей и мессенджеров. Каждую секунду мы запрашиваем в Google 40000 поисковых запросов; отправляем 50000 сообщений в Фейсбуке и загружаем более 5 часов видеоконтента в You­Tube. При таком количестве генерации данных доступ к ним, процессы их обработки, хранения и варианты применения обретают новый смысл.

Мы стремительно переходим в новую цифровую эпоху и информационно-техническую реальность со своими конфликтами, системными кризисами и критическими точками. Границы между нашими цифровыми и физическими идентичностями постепенно стираются, технология становится более бесшовной составляющей нашей жизни. Мы уже не знаем и не можем представить, где переходим в глобальную систему координат и объектов и как персональные данные, сообщения, фотографии, предпочтения и биомаркеры соединяются в массовые таблицы и базы данных с миллиардами других людей, чайников и компьютеров. У нас нет времени, чтобы узнать об этом, мы слишком спешим и слишком заняты, отвечая на электронные письма и сообщения, разговаривая по телефону, наблюдая за новыми постами в социальных сетях и добавляя свои. Мы находимся в постоянном потоке данных и сливаемся с ним. Мы становимся его частью.

some text
Антон Бунденко «Ремень защиты персональных данных и безопасного трансфера
в постцифровом пространстве», 2017

Данные веб-поиска — отличный источник информации. Мы крайне близки с поисковиком и спрашиваем его про то, о чем думаем. Он знает все, что мы искали, и помнит это лучше нас. Посещая веб-сайт, отправляя сообщение, отвечая в викторинах в социальных сетях, мы оставляем цифровые следы, идентифицирующие нас и присваивающие персональные маркеры поведения. Мобильный телефон отслеживает, где его владелец чаще находится в рабочее время и где проводит свободное, и есть ли вообще у него работа. Знает, что ест и как долго задерживается в кафе напротив. Накопленные данные обрабатываются и составляют более полную картину о нас, чем мы сами можем это сделать. Амазон знает, чего мы хотим, когда мы сами еще об этом не догадываемся. Уникальный Wi-Fi идентификатор смартфона и RFID метка в социальной карте считываются при входе в магазин, и продавец узнает уровень дохода и потенциальные интересы посетителя. Данные используются для определения возраста, пола, расы и прогнозирования сексуальных предпочтений, статуса отношений, политических взглядов и других особенностей восприятия, поведения и нужд.

Еще в 2011 году Макс Шремс потребовал у Фейсбука всю информацию, которую компания имела о нем. Фейсбук только после суда отправил ему компакт-диск с 1200-страничным PDF документом, в котором также были сведения о друзьях, фотографии страниц, которые он когда-либо отмечал, реклама, которую он когда-либо просматривал[1].

В 2017 году французская журналистка Юдит Дюпорталь запросила у более интимного сервиса знакомств Тиндер все данные, которые компания хранит о ней. Это был 800-страничный документ со всеми переписками и информацией, по которой можно судить об интересах пользовательницы. Сведения обо всех мужчинах, которые ей понравились, все 1700 сообщений, которые она отправила с 2013 года, даты заходов в аккаунт, лайки в Фейсбуке, фотографии из Инстаграма, информация об ее образовании. Сексуальные предпочтения и самые страшные секреты[2]. Что, если эти данные окажутся взломаны, потеряны или проданы третьим лицам?

 

Приватность — новая роскошь

Моя конфиденциальность перестает быть фундаментальным правом и становится роскошью. Мое представление о ценности личных данных как о ресурсе еще не сформировано в метафизике моей личности. У меня еще нет осознания важности, действительной стоимости и доступности этих данных. Возможно, потому что я не могу их ощутить физически, потрогать и воспринять. Я сам стал данными.

some text
http://www.aboutads.info/choices/. Страница выбора потребителей для цифровой рекламы. Некоторые
из объявлений, которые вы получаете на веб-страницах, настроены на основе прогнозов о ваших интересах,
полученных от ваших посещений различных веб-сайтов в браузере и на других устройствах, которые вы
можете использовать. Используя инструменты на этой странице, вы можете отказаться от сбора
и использования веб-просмотра данных для рекламы на основе интересов и других применимых видов
использования в этом браузере, с помощью некоторых или всех компаний-участников альянса.
Функция просмотреть все участвующие компании, выяснить, какие участвующие компании
в настоящее время включены в индивидуальные объявления для вашего браузера

Я не задаюсь вопросами о том, как и где эти данные хранятся. Почему они не могут быть подвержены хакерским атакам и взломаны? Кто и как следит за их безопасностью — например, чтобы они не попали в руки третьих лиц? Какой статус будет у тех, кто владеет данными, и как будут считываться и контролироваться коррупционные схемы и возможные злоупотребления? Как можно продавать и покупать данные, и с какой до­лей вероятности мои данные могут оказаться в руках заинтересованных лиц?

Где и на каком объеме данных заканчивается персональная информация, превращаясь в обезличенную? Пример: я зашел в бизнес-центр на деловую встречу. Мои личные данные — температура, потливость, мимика, моторика, определяющие степень волнения, характеризующие принятие решений и так далее — распознались партнером до и после встречи. Они все еще мои или уже общедоступные? Со сколькими людьми при входе в бизнес-центр я должен смешаться, чтобы наши данные, собранные вместе, перестали быть личными и стали статистикой?

 

Новая реальность

Мои умные домашние колонки Amazon Echo и Google Home знают, что по утрам в понедельник я просыпаюсь на пятнадцать минут позже, и сразу передают информацию чайнику на первом этаже о том, что сегодня я хочу пить чай с температурой 36,2 градуса, скорее всего, предпочту деловой костюм и с 68,7% доли вероятности в спешке забуду ключи от машины, отталкиваясь от фона волнений во время сна и графика дел, образующего дополнительные отвлекающие факторы, или из-за того, что, по-видимому, я влюбился в девушку, сидевшую рядом со мной в кафе вчера, и до сих пор грежу ею…

Моя умная колонка догадывается о том, что я не совсем солидарен с настоящей правящей элитой и даже подумываю что-то кардинально изменить. Этого уже достаточно для офицера отдела N, чтобы направить мне повестку в суд или запрос в Следственный комитет, ссылаясь на мои мысли, посты в сети и спорные сообщения неважно какой давности.

some text
Антон Бунденко «Майка члена команды Futureisnown», 2017. Хлопок, шелкография

Моя умная колонка подключена к техническим, сервисным и бытовым приборам интернета вещей или интернета всего — голосовой помощник, как Siri, только c физическим присутствием, который слушает меня постоянно, чтобы лучше узнать о моих предпочтениях и интересах. Этот небольшой динамик может рассказать мне о погоде, сообщить новости, прочитать стихи или пару параграфов из гражданского кодекса, составить список дел и выполнить любые другие задачи. Он очень хороший слушатель и добросовестно записывает все наши взаимодействия, передает их обратно для анализа и получает корректировки, чтобы быть более интересным. Иногда колонка фиксирует не только мои контакты с ней, но и случайные посторонние шумы в квартире или комнате. Я могу быть уверен — если в мою квартиру ворвется грабитель, она распознает его и даст экстренный вызов на пульт управления полиции. Но бывают и обратные ситуации. В 2016 году одна из таких колонок отправила своего хозяина за решетку, выступая в суде в качестве свидетеля убийства. Скоро такие колонки будут повсеместно, кто-то из них будет литератором, кто-то — юристом, кто-то — психологом.

На улице я всюду оставляю цифровые следы через банковские карты, смартфоны и умные браслеты. Меня считывают системы видеонаблюдения, распознающие меня по движениям и лицу. ИИ идентифицирует политические взгляды, уровень интеллекта, предрасположенность к противозаконным действиям, специфические черты характера и другие личные данные, о которых я сам могу не знать. Проблема в том, что иногда в программах данного анализа уже заранее заложены человеческие факторы расизма, стереотипов и ненависти.

Спецслужбы и политики склонны злоупотреблять системами наблюдения, используя их для идентификации оппозиции — людей с определенными политическими убеждениями, людей, которые дружат с некоторыми подозрительными лицами, являющимися членами тайных сообществ, людей, которые посещают встречи, митинги или нелояльные к правительству сайты и цифровые локации.

Это люди, подпадающие под социальный контроль, в полной мере сейчас реализующийся в Китае. В данных практиках всегда неизбежны ложные тревоги с невозвратным исходом. С учетом прогнозов того, что я смогу потенциально сделать в будущем, выполняется корректировка моего настоящего в виде профилактических работ и других инструментов влияния.

Это полезно в борьбе с действительными преступниками, но по факту превращается в гонения любых инакомыслий и критических суждений, неугодных тем, кто управляет данными системами. И это важно учитывать. Более того, важно задаться вопросом — насколько надежно эти данные хранятся и недоступны третьим заинтересованным лицам, насколько они сохранены от сливов, продажи, злоупотребления и незаконного использования?

Эта новая реальность, в которой̆ мы находимся, имеет свои плюсы и минусы. Было бы ошибкой̆ рассматривать все ее проблемы только как технологические. Если мы живем в информационно-технической эпохе, нам жизненно важно понимать, как она функционирует и какие процессы затрагивают нас. Поэтому я иду сквозь информационные потоки большого города на работу, захожу в переулок, поднимаюсь на грузовом лифте, вытаскиваю гаджет из блокирующего кармана, снимаю «Электросмог»-рубашку и оказываюсь в Futureisnown. Здесь я делаю вещи из будущего в настоящем.

 

Futureisnown

Мы, участники проекта, видим свою миссию в информировании о скрытых процессах вокруг и в просветительской деятельности. Наша задача — просвещать обо всех информационно-технических процессах, касающихся новой реальности и затрагивающих нас ежедневно. Мы целенаправленно используем определенные медиумы и продукты конечного пользования для возможного личного опыта. Мы считаем, что только выставки и образовательные мероприятия в музеях, галереях, фондах и ярмарках не могут продуктивно работать и выполнять просветительские задачи, как это может быть реализовано вместе с теми инструментами, медиумами и практиками, которые используем мы.

some text
Антон Бунденко «Толстовка офицера информации Futureisnown», 2017. Вид экспозиции на персональной
выставке в фонде Смирнова и Сорокина, февраль 2018

Мы начинаем с детального изучения технологического и научного контекстов. Их потенциального применения или уже реального использования в современных коммерческих и социально-политических сферах.

Отталкиваясь от результатов исследования, реальных и спекулятивных сценариев, Futureisnown создает объекты реальности будущего в настоящем, расширяя функциональность уже существующих вещей, наполняя их новым смыслом. Это дизай̆н функционала еще не существующего, но актуального в скором времени.

Futureisnown работает в трех форматах информирования: 1— информационный дизайн, 2 — критический дизайн, 3 — функциональный дизайн.

Информационный дизайн — это любые информационные объекты: как цифровые (web-рассказчики, сайты-осведомители), так и физические (вандальные стикеры с информацией о превентивном контроле, ссылками на важные сайты и тексты, информационные толстовки с информацией о постправде и других процессах новой реальности). Это развивающаяся образовательная игра в реальности, где владелец информационной толстовки офицера информации начинает информировать окружающих через вандальные стикеры и другие объекты коммуникаций, оправляющих по ссылкам на сайты и web-рассказчики, которые обновляются в цифровом пространстве и пересекаются с физическим.

Критический дизайн — это выдуманные объекты, основанные на спекулятивных сценариях потенциального будущего, которые, в свою очередь, отталкиваются от действительных и реальных фактов и сигналов в настоящем. Дизайн функционала, которого еще нет, но который скоро может быть актуален. Или абсурдный нарратив, который иногда оказывается реальностью. Эти объекты изготовлены таким образом, что часто невозможно отличить их реальность и спекулятивность. Они формируются из больших историй и исследований, размышление над которыми переворачивает представление о многих привычных вещах. Задача критического дизайна — формировать критическое мышление ко всему вокруг и поднимать важные темы через игру в эти объекты во время личного пользования. Это могут быть рубашки, позволяющие по-другому представить окружающее нас Герц-пространство, защитить от несанкционированного доступа к личной̆ информации и электросмог-загрязнения, ремни для сохранения персональных данных во время цифрового трансфера и сумки VPN соединения и формирования безопасных сетей.

Функциональный дизайн — это развитие критического дизайна, когда вымышленный критический функционал оказывается реальным и действительно работающим, как, например, толстовки с антиглобализационным карманом и блокировкой̆ сотовой связи, Wi-Fi, Bluetooth, радио, геолокации и волн других частот для временного входа в паузы и зоны приватности, тренировок переключения между цифровым и физическим и этических жестов цифровой культуры.

Все объекты формируют информационное поле и предназначены для живого опыта. Это крайне важно для Futureisnown. Именно возможность живого и персонального опыта во время пользования данными вещами и игра в них является более эффективным инструментом повышения осведомленности. Для этого Futureisnown использует интервенцию объектов спекулятивной реальности в мир коммерческих продуктов.

Первая тема Futureisnown затрагивает вопросы превентивной персонализации, контроля и таргетинга[3]. Будущее здесь видоизменяется в настоящем еще до того, как это настоящее наступило. Корпорации с помощью аналитических компаний предлагают субъективное настоящее, моделирующее идеальное субъективное будущее, отталкиваясь от персональных поисковых запросов и интернет-поступков в прошлом. Помещая нас в фильтр-пузыри, алгоритмы компаний, социальных и политических институций знают о наших желаниях и интересах еще до того, как мы сами осознаем их. На этом сайте я еще могу проверить все активные компании альянса, которые собирают, складывают и перерабатывают мои действия в моем веб-браузере. Далее они продают их pr-компаниям, которые собирают для меня персональную нативную рекламу, политическим технологам, которые предлагают мне симпатичный контент. Иногда возникают утечки или взломы, и данные становятся доступны злоумышленникам и третьим лицам.

Подобные процессы активно используются и в социально-политических контекстах. В геополитике выполняются превентивные удары на местности или нацеленные удары, часто оказывающиеся ошибочными. На информационных толстовках я размещаю информацию об этом. К ним прилагаются вандальные, неотклеивающиеся стикеры с ссылкой на сайт http://www.aboutads.info/choices/, где можно узнать о компаниях, собирающих действия в браузере для нативной рекламы, и отключиться от них. Есть телеграм-канал, где публикуются важные факты и ссылки на программное обеспечение и проекты.

Следующий̆ тип объектов — критический — это объекты спекулятивного дизайна, которые имеют лишь вымышленный функционал, но поднимают важные вопросы в контексте потенциальной необходимости данного функционала. Один из объектов критического дизайна — персональный ремень для безопасного скоростного трансфера в цифровом пространстве. Так же как водитель пристегивает ремень для безопасного скоростного передвижения в физическом пространстве, человек использует данный ремень для безопасного скоростного трансфера в цифровом пространстве, сохраняя свои данные, права конфиденцальности, словно личный багаж во время перелета.

some text
Антон Бунденко. Вид персональной выставки Futureisnown Camp в фонде Смирнова и Сорокина,
февраль 2018. Слева направо: «“Электросмог“-рубашки», «Портативное зарядное устройство», 2017

Это кажется абсурдным, но учитывая объемы информации, которые собирают о нас сторонние приложения и которыми мы, не думая, делимся во время регистраций через другие аккаунты, возникает вопрос действительной необходимости данного объекта.

Следующая тема, изучаемая Futureisnown, — «Электросмог». Вокруг нас существует огромное количество электромагнитных волн различного спектра, большая часть из которых нам не видна. Если наши глаза смогут настроиться на волны невидимых частот, все электронные объекты станут не только выглядеть иначе, но и их границы будут распространяться гораздо шире, проникая в другие объекты. Восприятие мира изменится. Сформируется новая физическая среда под названием Герц-пространство. В крупных мегаполисах, в местах, где количество потоков информации зашкаливает, определяются места «Электросмога». Для этого мы разработали специальную рубашку для передвижения в агрессивной информационной среде «Электросмога», в электрогеографии мегаполиса, которая позволяет защитить ее пользователя от электросмог-загрязнений и несанкционированного доступа к личной информации.

Важно отметить, что Герц-пространство реально и находится по нашу сторону от мониторов и экранов, в отличие от виртуального пространства, которое хранится на серверах по всему миру и до сих пор передается по кабелям в океане. Герц-пространство является невидимой средой для переноса информации — Wi-Fi, 3G, GSM, радио. Герц-пространство реально, и оно повсюду, как невидимая нить проводов со своими электроклиматом и электрогеографией.

Пользуясь защитной рубашкой и играючи добавляя к своему личному пространству Герц-пространство, невольно сталкиваешься с вопросами приватности, потому что Герц-пространство сильно милитаризировано и не принадлежит нам. Таким образом, спекулятивно выдуманная, абсурдная, на первый взгляд, история оказывается реальностью и позволяет по-другому посмотреть на понятие приватности и привычные вещи вокруг.

Следующий критический объект — «Рубашка предметных снов» («When Objects Dream Shirt») — позволяет почувствовать невидимое, но ощутимое тепло снов электроприборов вокруг. Все умные электроприборы, находящиеся в спящем режиме, испускают электроволны определенного спектра. Их сны сделаны из электромагнитного излучения, которое создает невидимую, но физическую среду, когда объекты мечтают во сне. Надев рубашку, можно почувствовать эту среду и сны электроприборов.

Это кажется милым и нелепым. Но если узнать о вредоносном чатботе Mirai, который взламывает пользовательские чайники, роутеры и веб-камеры, перебирая связку заводских паролей, потому что мало кто их меняет на подобных девайах, рубашка обретает новый смысл. Зараженные устройства продолжают функционировать нормально, за исключением некоторой периодичной медлительности. После заражения устройство может отправлять запросы, например, на сайт. Это называется DDoS атаки. Пока вы пьете чай, ваш чайник вместе с другими миллионами чай̆ников атакует сай̆т The New York Times, одновременно посылая запросы на него. Сайт не выдерживает и падает. 14 января 2018 года был найден новый вариант Mirai, ориентированный на устройства на базе процессоров Argonaut RISC Core, поставляемых в более чем 1,5 миллиарда продуктов в год, включая настольные компьютеры, серверы, радиоприемники, камеры, мобильные, служебные счетчики, телевизоры, флеш-накопители, автомобильные, сетевые устройства (смарт-хабы, ТВ-модемы, маршрутизаторы, Wi-Fi) и объекты интернета-вещей.

Когда к критическим выдуманным объектам с еще не существующим функционалом добавляются объекты функционального дизайна, абсурд и реальность окончательно смешиваются вместе. Функциональный дизайн действительно работает. Первый из объектов функционального дизайна был собран в рамках первой темы проекта, касающейся превентивных процессов и таргетинга, а также затрагивающей понятия физического и цифрового, свободного времени и роскоши в информационную эпоху.

В мире повсеместного подключения свободное время и внимание становятся роскошью[4]. Легкодоступное подключение к глобальной сети увеличило среднюю продолжительность рабочей недели и рассредоточенность внимания. Каждый хоть раз был проигнорирован другом или родственником, слишком поглощенным смартфоном или планшетом. Кто-то оказался исчерпан технологиями, многозадачностью и постоянным подключением.

Когда подключение станет неотъемлемой частью жизни вместе с развитием интернета-вещей, процессов превентивной персонализации, машинного зрения и процессов идентификации — возможность временами быть offline, как и понятие приватности, станут роскошью. Для временных отключений будут использоваться специальные гаджеты, обеспечивающие блокировку радио, сотовой связи, Wi-Fi, Bluetooth, определения геолокации и удаленного контроля. Для этого есть карман, блокирующий все электромагнитные волны от гражданских до военных и позволяющий полностью закрыть ваш гаджет и вас от внешних процессов. Защита от скрытых глобализационных процессов, потоков информации и постоянного включения обеспечивается путем временных отключений и отдыха от атмосферы крупных мегаполисов, погружением в себя, слушанием внутренних ритмов, общением с близкими, визуально-тактильным контактом в физическом пространстве с человеком, выбранным для совместного погружения. Защита от несанкционированного взлома Paypass и других бесконтактных карт в общественных пространствах. Защита от считывания геолокации и территорального таргетинга.

На деловой̆ встрече, чтобы засвидетельствовать уважение к вашему партнеру и показать, что ваш разговор останется между вами, вы демонстративно кладете гаджет в блокирующий карман. Это исключительно вопросы этики, которые уходят корнями к рукопожатиям и чоканьям бокалами вина. Встречаясь со своей второй половинкой, вы оба убираете отвлекающие гаджеты в карман и говорите этим друг другу, что вы здесь, в физическом пространстве, ваше внимание принадлежит только ей/ему, здесь и сей̆час. Это очень интересные пользовательские опыты, необходимость в которых будет расти. Еще со времен, когда чин-чин бокалами был сформирован в знак доверия друг другу (когда вино переливается из бокала в бокал — вы уверены в своем собеседнике, что он не подсыпал вам яд в вино), показательные экранирования гаджетов во время деловых встреч и близких общений могут также восприниматься как этические жесты информационно-технической эпохи.

some text
Антон Бунденко «PREY», 2016. Видеоинсталляция, приложение для скрытного снятия персональных
данных геолокации, wi-fi подключения, используемого устройства, фото с камеры, скриншота экрана;
сохраненные скриншоты и данные за два месяца, видео. Подробнее по https://bundenko.com/d-ex-08- prey/

 

Думающий

В скором будущем интерес к технологиям будет расти, потому что они все больше влияют на нашу жизнь. Мы периодически собираем вечеринки «Thinker», куда приходят ребята технологической̆ волны. Технологии — это увлекательно, интересно и важно. Мы хотим, чтобы больше людей̆ интересовались технологиями.

Мы взаимодействуем вне границ, воспринимаем окружающий контекст как реальность и учимся работать с ним. Для нас важно информировать о новой̆ или действительной реальности, фокусироваться на ее критическом осмыслении и создавать объекты для этого. Называйте это новым космизмом, новым просвещением или просто цифровой̆ осознанностью, спекулятивным акционизмом, критическим дизайном или спекулятивным искусством.

Сегодня мы едем в Латинскую Америку, надо перевести много материала на локальный язык помимо международного.

В связи с высоким содержанием пролонгаций со стороны местных социально-политических органов, мы берем несколько «Электросмог»-рубашек для защиты и отключения в поле агрессивной электрогеографии, мы собираем серию информационных толстовок и вандальные стикеры с важной информацией. Берем с собой ремни для безопасного трансфера в цифровом пространстве, дополнительные глушилки и цифровые осведомители. Я отключаю спекулятивную голограмму своего дома, сна и вчерашних впечатлений.

Примечания

  1. ^ Сайт Europe versus Facebook, доступно по http://europe-v-facebook.org/EN/en.html. Ссылки здесь и далее приведены по состоянию на 9 мая 2018.
  2. ^ Duportail J. I Asked Tinder for My Data. It Sent Me 800 Pages of My Deepest, Darkest Secrets // The Guardian, September 26, 2017.
  3. ^ Бунденко А. Future Is Nown // веб-страница художника, доступно по https://futureisnown.com/futureisnown/.
  4. ^ Бунденко А. Entering the Pause // веб-страница художника, доступно по https://futureisnown.com/entering-the-pause/.
Поделиться

Статьи из других выпусков

№100 2017

Жажда реального: поворот к безусловно необходимому

Продолжить чтение