Выпуск: №30-31 2000

Рубрика: События

Глянцевая актуальность

Глянцевая актуальность

Общий вид выставки «ПрессФормаТ»

Алексей Пензин. Родился в 1974 г. в Новгороде. Участник группы «Что делать?» Соискатель Института философии РАН. Сфера исследовательских интересов: философская антропология, политическая философия, критический анализ постструктурализма. Живет в Москве.

19.01.2000-23.01.2000
«ПрессФормаТ»
Современный культурный центр-галерея «ДОМ», Москва

Одним из первых крупных выставочных проектов, ревизованных в новом году, стал «ПрессФормаТ» (куратор — Оксана Саркисян). Экспозиционной площадкой было избрано просторное помещение центра «ДОМ» — не так давно возникшее в топографии современного искусства место, название которого отсылает к идеям собирания, гостеприимства и дружества. Эта «идеология места» вполне подходила для осуществления весьма дерзкой кураторской концепции — выстроить пространство, в котором могли бы встретиться внешне разнородные художественные высказывания, объединенные лишь общим происхождением — все они либо прямо исходят из журнального сектора масс-медиа, либо имитируют журнальную поэтику.

На выставке можно было наблюдать три формы представления «журнального». Во-первых, это журналы-объекты. У них нет коммерческих функций, это микротиражные, иногда даже не имеющие копий работы отдельных художников или групп, имитирующие и преобразующие материальную и знаковую композицию журнала. Эта составляющая коллекции охватывает довольно значительный временной диапазон — начиная с «самиздата» 80-х («Мухомор», «МДС» и др.) и заканчивая проектами 90-х («AES today», «Русский шпион» Свена гундлаха, «Ночная жизнь» К Звездочетова). Следующая область журнального — это манифестации или орудия внутренней коммуникации и рефлексии художественных сообществ. В основном это сообщества Москвы и Питера, представленные такими изданиями, как «ХЖ», «Радек» или «Художественная воля». К третьему типу журнального относятся своеобразные «посольства», прибывшие на выставку от коммерческих журналов, в редакциях которых сейчас зачастую работают все те же актуальные художники. Таковы «Эксперт», «Антураж», «Базар», «Проект России», «Птюч». Характерно, что эти журналы, как правило, высылают таких эмиссаров, в которых стерта, замаскирована их «журнальность», «глянцевость» и пресловутая «культовость». Так, один из них был представлен ироничными образцами «найденного искусства» — серией рисунков 50-х годов, демонстрирующих советский, несколько параноидальный вариант шпионской и научно-фантастической тематики. (На одном из рисунков, преисполненном эйфорического наива, изображен зловещего вида шпион с огромным пистолетом, дуло которого приставлено к виску ученого, склонившегося над чертежом. Ученый, похоже, настолько погрузился в созерцание, что не замечает направленной на него угрозы.)

Помимо весьма удачного, на наш взгляд, кураторского хода, мобилизовавшего многих замечательных художников через задание единой формы высказывания, выставка привлекает своими исследовательскими возможностями. В самом деле, материал экспозиции побуждает нас включиться в известный дискурс, сложившийся вокруг концепта «актуальности».

Примечательный симптом, очередную возможность встречи с которым устроил для нас «ПрессФормаТ», мы назвали бы «формализацией актуальности». Перенасыщенное потоками всевозможных сообщений культурное пространство 90-х странным образом формализует, подчиняет власти масс-медийной формы любое высказывание, претендующее на новизну, из какой бы точки оно ни исходило. В наших условиях формат журнала безусловно является выделенным, если доверять уже изрядно обветшавшей теории о каком-то особом лого- и литературоцентризме, присущем отечественной культуре. Доминирующие в масс-медиа стратегии визуализации, которые за последнее десятилетие очевидно ослабили указанный «изм», находят свое выражение в компромиссной форме иллюстрированного журнала, где текст и изображение объединяются под одной обложкой на условиях паритета. Подобно волне популярности «толстых» журналов, экзальтировавших старую интеллигентскую публику второй половины 80-х, вторая половина 90-х расцвечена настоящим бумом «глянцевых» изданий, ориентированных на гораздо более диффузную и молодую аудиторию.

«Глянцевые» журналы излучают особую ауру вещи, которая не просто читается или пролистывается, но способна функционировать как предмет обмена, деталь интерьера, часть индивидуального стиля потребителя. Стопки таких журналов можно обнаружить в парикмахерской, приемной, в офисе или клубе — как если бы некое социальное «оно» эпохи развитого консьюмеризма с материнской заботой предлагало эти микрокосмы информационного и визуального соблазна как средство заполнения бездеятельных пауз, как способ избавиться от тоски ожидания, где бы она вас ни застигла. Эта социальная прагматика журнала-вещи определенно становится инфраструктурой особого рода удовольствия, чье умиротворяющее свечение и есть, собственно, тот «глянец», который — подобно необъяснимому поначалу «Glanz der Nase» («блеск на носу»), будоражившему воображение одного юного пациента венского доктора, — обладает силой воздействия, расположенной по ту сторону индивидуального акта рефлексии.

Материал и экспозиционные особенности выставки «ПрессФормаТ» выявляют описанную выше прагматику журнала в поле художественного. «Чистый» художественный журнал-объект, изъятый из всех прагматических контекстов, за исключением экспозиционного, вдруг обнаруживает себя как зеркальное отображение глянцевого журнала-вещи, а коммерческий глянец между тем стремится предстать — благодаря удвоенному представлению: экспозиционному и тому, что мы назвали «посольством», — в облике тусклого ностальгического ретронаива или подчеркнуто дистанцированного от современных технологий художественного объекта, лишенного каких-либо следов журнальности («полчеловека» из папье-маше от «Антуража»).

Следовало бы задаться вопросом, что же означает эта причудливая зеркальность. Безусловно, журнал вполне может служить портативной моделью современного художественного процесса с его ориентацией на коммуникативность и дизайн, но не скрывается ли за этой эффективностью масс-медиальной «упаковки» след травмы, причиненной насилием формализованной актуальности?

Поделиться

Статьи из других выпусков

№47 2002

Идиотия в контексте молодежной субкультуры советского промышленного центра

Продолжить чтение