Выпуск: №11 1996

Рубрика: Высказывания

Поликлиника спасений пространств

Поликлиника спасений пространств

Видеолекция «Политика СПАСЕНИЯ ПРОСТРАНСТВ» состоялась 27 июня 1995 года в Политехническом музее в рамках мероприятия галереи Марата Гельмана «Партия под ключ».

СПАСЕНИЕ ПРОСТРАНСТВ (Сп Пр) учит вас жить. Сп Пр учит жить в мире, где электронные медии определяют способы организации общества. Сп Пр учит жить политически.

Современные русские политики ведут себя так, как будто никогда не видели электрической лампочки. Они создают эфемерные партии и шантажируют ими выборные органы, администрацию и общественность. Они любят давить на них массовыми сборищами. Современные политики полагают, что и сегодня лучшие методы — это методы 1793 года.

Однако политическая жизнь в наше время все больше перемещается в область виртуального. Перевороты августа 1991-го и октября 1993-го, чеченская операция и освобождение буденновских заложников происходили в основном по телевизору. Война в Заливе, этнические конфликты в бывшей Югославии — не более чем сверхдорогие и увлекательные телешоу. Т. е. политическое пространство на наших глазах превращается в пространство электронных образов. Процесс, еще не вполне осознанный теперешними политиками.

Возникающая сейчас новая политическая методика, средства организации политической жизни создают новую виртуальную политику, для которой электронные средства связи не просто орудия для устроения пропагандистской поддержки. Это способ оформления целей, воздействующих не на одну их внешность, но и в не меньшей степени на их содержание. Которые неотделимы от нового политического субъекта, возникающего пока совершенно стихийно. Целенаправленным созданием коего и собирается заняться СПАСЕНИЕ ПРОСТРАНСТВ.

Я, Владимир Сальников, отвергаю ошибочный тезис, лежащий в основе подхода к массам так называемой реалистической политики «другого человеческого материала у меня для вас нет». Во-первых, в современной России такой материал есть. И таким человеческим материалом для нового политического субъекта может стать только та образованная часть населения, что получила от известного писателя оскорбительное прозвище «образованцы».

При некотором усовершенствовании, которое Сп Пр берет на себя, этот слой российского населения способен выделить нового, политически активного субъекта. Не просто подключенного к сети виртуальных отношений, но и соответственно психологически подготовленного.

Эту подготовку и предполагает начать СПАСЕНИЕ ПРОСТРАНСТВ. Называя ее «СпПр-терапией». Сеансы психотерапии и медитации, проводимые по телевидению в виде лекций и упражнений. Идущие непосредственно в эфир и записанные на видеопленку.

В перспективе СПАСЕНИЕ ПРОСТРАНСТВ призывает отказаться от политических орудий и даже политических и властных институтов прошлого. Я считаю, что политические партии, политические движения, в обычном понимании, недостаточны, ибо они не покрывают возникающую нереальную реальность электронного мира. В той же степени не годятся и средства политической борьбы и нажима, применявшиеся в прошлом. Кроме того, они — просто вредны. Как грубые и бессмысленные. Волеизъявление населения, которое и есть источник власти в современном обществе, отныне может быть легко и быстро произведено через компьютерные сети. Из чего следует, что через них современная демократическая система преобразуется в камерный тип организации наподобие полисных демократий. Или демократий вроде той, какой была Новгородская республика. Потому основной лозунг СПАСЕНИЯ ПРОСТРАНСТВ:

 

«ДЛЯ ВСЕМИРНОЙ ДЕРЕВНИ — ГЛОБАЛЬНОЕ ЭЛЕКТРОННОЕ ВЕЧЕ!»

УРАВНИВАНИЕ ПРОСТРАНСТВ = СВЕРТЫВАНИЮ ДЕМОКРАТИИ Дополнение к «Политической лекции»

 

some text

В наше время два поддерживающих друг друга процесса ведут к постепенному свертыванию демократии в том виде, в каком мы ее знаем. Первый из них — выравнивание геополитических пространств: окончательное превращение если не самой большой, то самой важной, значительной части мира в мозаику однотипных либеральных моноэтнических государств. Узор, который мог возникнуть лишь благодаря исключительным возможностям подгонки друг к другу этих похожих образований, культурно и социально максимально одномерных и согласованных и потому более не нуждающихся в демократии.

Прилаженность человека и порожденных национальной культурой, в облике национализма, социальных институтов к экономике здесь настолько велика, а соответствие между ними столь всеобъемлюще, что функционирование этой машины все меньше нуждается в дополнительных, довольно громоздких и дорогих процедурах и институциях, какими и являются демократические. Одновременно такие средства связи, как телевидение и компьютеры, замещают реальность электронными образами и создают условия, когда знакомые нам тяжеловесные установления демократии могут быть заменены прямым электронным волеизъявлением — электронными опросами и референдумами. Все эти изменения ведут человечество к Новому Светлому Будущему.

Некоторые подробности. Но у Нового Светлого Будущего есть и были противники. Русский публицист Константин Леонтьев презирал современные ему эгалитарные этнические государства, Европа уже тогда частично состояла из них. Однако моноэтническим странам в то время еще противостояли три многонациональных гиганта, которые не следует путать с колониальными империями вроде Британской. В Европе — Австро-Венгрия. В Евразии — Россия. На Востоке — Турция, конгломерат народов и культур. Османскую Порту мыслитель считал образцом государственного устойства, максимально способствующего творчеству, любой культурной или религиозной оригинальности, сословному и племенному своеобразию, ведущим к тому, что он называл «цветущей сложностью». Будучи противником уравнивания и сторонником всякой социальной, этнической, региональной и конфессиональной оригинальности, он был адептом всеобщего неравенства. Выступал против проведения таких очевидно гуманных мероприятий, как отмена крепостного права и распространение образования среди низших классов.

Мировые войны и революции значительно изменили национальную карту Европы, собственно Центральной и Восточной ее частей. Этнический и сословный геноцид и депортации огромных человеческих масс, то, что в наше время называется этническими чистками, выравняли племенные и общественные пространства многих стран, превратили продукты распада континентальных империй в моноэтнические государства. На месте Турции, Австро-Венгрии и даже Югославии и Чехословакии — однонациональные страны. Это значит, что современная Европа состоит из культурно и этнически однородных элементов. В то же время почти каждая бывшая советская республика, включая и Российскую Федерацию, — полиэтнична. Что мешает преобразованию таких стран в гражданские общества (основа гражданского общества — принадлежность каждого его члена к единой культуре). На Кавказе и в Средней Азии инструментом формирования национальных границ сейчас являются этнические чистки. В Прибалтике что-то похожее на апартеид. Одно из главных условий для идентификации любого государства в качестве современного и цивилизованного, — наличие в нем демократических институтов, т. е. избранных в ходе всеобщего голосования, по принципу «один человек — один голос» законодательных и судебных органов. Но в странах, где кроме властвующей нации сосредоточено большое количество инородческого населения (рабочие-мигранты в Европе или бывшие граждане государства, в которое входила территория, как в Латвии, где почти половина населения «иностранцы»), вовлечение в демократию этой части населения затруднительно не только из-за отсутствия общего языка и единой культуры, но и по причине зачастую неустранимых противоречий между общинами.

Однако именно культура порождает человека и общественные институты, а не наоборот. И только наличие единой культуры позволяет современному абстрактному, подручному, мозаичному, модульному человеку успешно взаимодействовать с другими людьми (принадлежащими к той же культуре и языку), организациями и общественными институтами. С одной стороны, страны Севера, больше не имеющие между собой непримиримых противоречий, склонны сегодня к объединению. С другой — мультикультурность внутри любого государства затрудняет функционирование экономики и социальных институтов, т. к. это значительно усложняет сообщения. Что в итоге мешает вписыванию в мозаику Нового Светлого Будущего Клуба Одномерных.

Завершившееся в результате второй мировой войны и краха русского коммунализма этническое и социальное выравнивание Европы, новые технологии, ракетно-ядерное оружие, электронные средства связи, обработки информации и управления и, как последствие, — всеобщая прозрачность, возможность тотального контроля над планетой, когда каждая ее точка стала доступна и уязвима, положили начало новой геополитической революции — созданию нецентрализованного однородного, уравненного, выравненного мира. Мира гомогенного, орнаментального, состоящего из одинаковых элементов. Мира «гражданских обществ», мира, больше не нуждающегося в демократии, т. к. гражданское общество само по себе создает гармонию людей, вещей, социальных институтов, чему немало способствуют и новые средства связи, в условиях максимальной экономической, политической и социальной свободы.

В то же время нетрудно заметить: навязывание демократии незападным обществам малопродуктивно. Для японцев, когда-то принявших ее из рук американской оккупационной администрации, она лишь внешний атрибут в их основанном на взаимопонимании и ограничении индивидуальной инициативы, но отнюдь не на свободе обществе. В Индии, считающейся самой большой демократией в мире, эти институты крайне неэффективны как раз из-за отсутствия достаточной согласованности между этническими и религиозными группами. В лучшем случае демократия — дополнение к уже существующим традиционным институтам или ширма для них.

При таком положении дел Клуб Одномерных в лице атлантических стран должен выбирать цели: либо всеобщая уравненность и однородность, либо демократия. И, что скорее всего, Одномерные остановятся на однородности.

Поделиться

Статьи из других выпусков

№79-80 2010

О творческой этике и художественном производстве

Продолжить чтение