Выпуск: №3 1994

Рубрика: Выставки

«Местное время»

«Местное время»

Ростислав Егоров. Граффити неизвестного автора

«Местное время»
Москва, Петровский бульвар
Октябрь 1993

В романе Дж. Оруэлла «1984 год» один из жутких и кульминационных моментов — ожидание героем того, что находится в комнате №101. Каждого узника там ждет самое страшное именно для него. «В комнате сто один -то, что хуже всего на свете». Расположенные в отдельных комнатах инсталляции, представленные разными художниками в период проведения фестиваля «Местное время» (генеральный спонсор НТПФ «Велта»), чем-то напоминали вариации на тему комнаты 101.

Впрямую эта ассоциация относится к работе Аристарха Чернышева, в которой объектами искусства стали живые крысы, спрятанные под стеклянными колпаками. Это визуальное воплощение гойевской формулы «Сон разума порождает чудовищ» возрождает внутренние пласты сюрреализма героичечкого периода двадцатых годов нашего столетия. Но и другие инсталляции бесспорно работают на подсознание, апеллируют к его мрачным глубинам. Видимо, источником этого стало само место проведения фестиваля «Местное время» — Петровский бульвар.

Заброшенный московский двор с несколькими полуразрушенными строениями, недалеко от Петровского монастыря, известен в московской художественной среде как пристанище Свободной Академии под предводительством Петлюры. Проводимые уже два года подряд фестивали на Петровском бульваре стали местом тусовки черной богемы. Шоу, карнавалы и фейерверки всегда носят здесь налет потусторонности. Проигранные уже несколько раз ранее, они не стали кульминацией фестиваля в этом году. Гораздо более яркими и артикулированными получились визуальные экспозиции приглашенных на фестиваль художников. Сумбурность этого мероприятия не дает возможности осмыслить логику объединения различных ухдожников. Единственным объединяющим все проекты фактором можно определить только место, которое каждый из художников трактует по-разному.

Перенаселенность этого места как сейчас, так и за всю историю существования этих построек, привлекла к участию в этом проекте Игоря Макаревича. Как и у других участников, его инсталляция занимала отдельную комнату, с фактурными полуразрушенными стенами, с водяными подтеками и отвалившейся штукатуркой. Неоновые светильники на фоне ампирного буфета — это светильники для умерших душ, некогда живших в этом доме.

Тема смерти стала лейтмотивом этой акции. Подавляющее число участников, подчиняясь стихии обживаемого ими места в своих работах в той или иной степени касались ее. Инсталляция Сергея Кускова, напоминавшая странный дом его отца, мистическая работа Глеба Вышеславского с черепами, спроецированными на стену, мемориал Иры Даниловой, а также перформанс Кускова и Элмара. Танатос, акция Ла-Ре — эксперимент по взаимодействию цвета со временем живого и мертвого и другие — все они связаны этой темой.

Представленные на фестивале инсталляции Дмитрия Гутова и Константина Звездочетова стоят несколько особняком. И в прямом, и в переносном смысле. В отличие от других работ они были выставлены не в стерильно чистых и в то же время полуразрушенных комнатах старого дома, а на улице. Причем, несчастные картонные овощи Кости Звездочетова каждый день находили себе новое пристанище. Заимствованные из журнала «Крокодил» 60-х гг. овощи и фрукты под зонтиком, пришедшие в закрытый облторг, получились грустными и лирическими.

Для сколоченной из досок и экспрессивно расписанной скульптуры, «Битва орангутанга с аллигатором» Димы Гутова. Петровский бульвар стал источником для создания ностальгической работы. Создание проекта специально для этого места было одним из условий участия в фестивале. Организатор фестиваля Ростислав Егоров, живущий на Петровском бульваре, исполнил замечательную имитацию обоев — геометрическая четкость их образуется из многократного повторения слова «хуй». А Петр Караченцов провел эксперимент. Суть его акции «Салют-шампанское» заключалась в том, что участникам предлагается определить настоящее шампанское и «Салют». Как и в предыдущий раз, когда аналогичная акция проводилась в Пушкинском музее две трети участников приняли «Салют» за настоящее шампанское. По мнению художника это свидетельствует об энергетийной ценности мест, где проводилась акция. Здесь вступают в силу свои законы истинности и натуральности.

Приглашены были на фестиваль немецкие мастера инсталляции и живописи, но работы их из-за общей неразберихи и постоянной темноты стали трудно доступными для зрителя. Так, что единственное что можно про них сказать, что на фестивале были и немецкие артисты.

Задуманная в противовес APT МИФу, проходившему в это же время в Центральном выставочном зале (Манеж), фестиваль «Местное время» продолжает ставшую на Западе традицией анти-ярмарку. Подчеркнуто некоммерческий характер инсталляций, перформансов и хэппенингов не вызывал сомнения даже у тех, кто был мало знаком с постулатами организаторов этого мероприятия. Черная богема Петровского бульвара сама является символом анти-коммерции. Залитый светом Манеж, с боксами заэстетизированных пространств и погруженный во тьму Петровский бульвар, с полуразрушенными стенами домов — несмотря на все их различия, есть одно и то же, это две стороны одной медали — современной художественной ситуации.

Поделиться

Статьи из других выпусков

№90 2013

Причины и резоны необитаемых островов

Продолжить чтение